Firm Services News Team Network

Alexander Volchkov: Publictions (VII)


 

  » Other Publications

04.08.2003   www.opec.ru  Interview    

Российская экономика располагает множеством инвестиционных возможностей

Александр Волчков, генеральный директор Eastway Capital

Александр Борисович, сейчас все чаще можно услышать слова о том, что в стране появилось значительное количество денег, причем большая часть этого капитала предназначена для инвестирования. Согласны ли Вы с этим этими утверждениями?

Да, я с этим согласен: инвестиционный капитал значительно увеличился, причем это не только тот капитал, который уже сосредоточен в нашей стране, но и тот, что находится на личных счетах вне России и на счетах аффилированных с российскими компаниями зарубежных структур. Как ситуация выглядела еще несколько лет назад? Раньше считалось, что инвестировать средства в России рискованно, а инвестиции в развитых экономиках давали разумную отдачу при низких рисках. По причинам экономической и политической нестабильности российские корпорации предпочитали вывозить средства за рубеж и аккумулировать их на счетах для того, чтобы иметь возможность воспользоваться ими в России и за рубежом, эти средства преимущественно вкладывались в европейскую или американскую экономику. В настоящее время ситуация изменилась таким образом, что собственники этого капитала уже рассматривают возможности инвестирования в России. В этих условиях желание инвестировать именно в России является определяющим по сравнению с географическим местом нахождения капитала. К тому же последнее может быть легко изменено в течение одного – двух дней.

С чем же связано такое изменение предпочтений, в первую очередь российских собственников инвестиционного капитала?

Ситуация меняется по двум причинам: первая – сильно изменившаяся в экономическом плане ситуация в России: мы стали свидетелями экономического подъема в стране. При этом резко обострилась потребность в инвестициях. Многие инвестиционные проекты уже продемонстрировали хорошую отдачу на вложенный капитал. Многие отрасли российской экономики развиваются темпами, опережающими те же отрасли экономики, но за рубежом. Взять хотя бы телекоммуникации: темпы роста стоимости акций, например, МТС, Би-Лайн, МГТС, или Уралсвязьинформ или других российских операторов, входящих в компанию Связьинвест, разительно отличаются от динамики котировок British Telecom, Deutsche Telecom, France Telecom. Мы наблюдаем две противоположные тенденции: здесь – бурный рост, там – стагнация. То же самое можно проследить на рынке розничной торговли, то же самое – на фармацевтическом рынке России в сравнении с мировым. Итак, есть четкое представление о том, что риски, присущие российской экономике, снизились в достаточной мере, чтобы вложения в российские предприятия стали привлекательными для инвесторов. При этом российская экономика сохранила динамизм в своем развитии. В то же время, многие инвесторы, как российские, так и зарубежные, уже убедились в том, что сейчас традиционные области применения средств (либо все та же европейская и американская экономики, либо развивающиеся страны, такие как Бразилия, Аргентина, Мексика, страны Юго-Восточной Азии) дают все меньше и меньше отдачи на каждый вложенный доллар. Таким образом, соотношение риск / доходность при инвестировании в российские компании стало намного более предпочтительно в глазах инвесторов по сравнению с вложениями в экономику развитых и большинства развивающихся стран. Кроме того, изменение уровня риска, присущего российской экономике в целом, отмечают и мировые рейтинговые агентства, уже ожидается, что в 2004 году такие агентства, как Standard&Poor’s и Moody’s присвоят России инвестиционный рейтинг. То есть риски инвестирования в нашу страну снизятся до вполне приемлемого уровня и ощущение этого уже витает над страной. Если же сравнить российскую экономику с экономиками стран близких к России по уровню инвестиционного риска (Мексика, Бразилия, Аргентина, Индия, Китай), то наша страна стоит на втором месте (после Китая) по темпам развития экономики и способна давать большую отдачу на вложенный капитал.

Сейчас все чаще начинают говорить о том, что основным препятствием к инвестированию в России является отсутствие ценных идей. Действительно ли это так?

В России достаточно много умных голов и достаточно много хороших идей, но, к сожалению, свойство российской души заключается в том, что обычно наш народ поступает по принципу: «Давайте, мы вам накидаем идеи, а вы придите с деньгами, сами разберитесь и сами постройте компанию». Практически, ни для кого из инвесторов не представляет интерес собственно идея. Представляет интерес продукт или услуга. Созданием этого продукта или услуги или, тем более, их коммерциализацией в России, к сожалению, не занимались 80 лет, это просто было не нужно. Заводам и фабрикам спускали «сверху» план, ставили конкретную задачу производить то-то, в таком-то количестве, и они производили. Не было задачи выводить продукт на рынок, не было задачи заниматься брендированием, маркетингом, и поэтому сейчас нам сложно конкурировать с международными компаниями, которым все это время приходилось бороться за свою долю рынка, за свое место под солнцем. К сожалению, одной из основных проблем инициаторов инвестиционных проектов при их представлении инвесторам является отсутствие понимания того, какая информация необходима для принятия инвестиционного решения.

Каковы же, по Вашему мнению, требования инвесторов к представлению проектов?

К сожалению, многие наши проекты страдают как раз в коммерческой части, она попросту не просчитана: во-первых, предпринимателям не хватает квалификации, во-вторых, они не тратят особенных усилий для того, чтобы сделать свой проект привлекательным для инвесторов – составить грамотный бизнес-план, рассчитать денежные потоки, продумать свою стратегию выхода на рынок. В этом и заключается проблема. Получается, что, с одной стороны, есть достаточно большой интерес со стороны российских и иностранных инвесторов инвестировать в проекты в растущих отраслях динамично развивающейся экономики, с другой стороны, нет профессионально подготовленных для инвестиций проектов. Кто-то – либо сами предприниматели, либо какие-то специализированные консалтинговые или инвестиционно-банковские компании – должен взять на себя задачу «причесывания» проектов или компаний, которые готовятся к получению инвестиций.

Вы говорите о том, что страдает коммерческая часть инвестиционных проектов: есть и деньги, и идеи, проблема в том, как это объединить и осуществить. А что для этого, на Ваш взгляд, нужно в перспективе - улучшение бизнес-образования в стране, развитие рынка консалтинга или привлечение иностранных фирм?

Образовательный процесс уже идет, поскольку экономика сама двигается вперед и заставляет предпринимателей, ищущих инвестиции, задумываться и ставить себя на место инвестора. Наверное, это наилучшим образом дает понять, что же ожидает инвестор от самого инвестиционного проекта и его представления. При рассмотрении возможности инвестирования в тот или иной проект инвестор хочет увидеть грамотно построенную финансовую модель, описывающую прошлое, настоящее и будущее этого бизнеса. Он должен увидеть составленную на его языке оценку стоимости компании, внятную стратегию развития бизнеса, которую предлагает менеджмент. Акционеры и менеджеры должны отчетливо представлять, каким образом они хотят развивать свой бизнес – вот, наверное, чего не хватает. К счастью, ситуация меняется в лучшую сторону, сами предприниматели читают книги и специальные издания, которых все больше и больше появляется на рынке, поступают в учебные заведения или посещают специальные курсы. Однако наиболее эффективно процессом подготовки бизнеса к получению инвестиций может заниматься профессиональная компания, которая сделала не один, и даже не один десяток таких проектов и уже доказала умение проводить подготовку проекта или компании и непосредственно осуществлять процесс привлечения инвестиций. Подавляющая часть компаний в мире привлекает для этой цели сторонних советников: если компания Daimler Chrysler может очень хорошо проектировать, собирать и продавать автомобили, то это вовсе не значит, что те же самые менеджеры Daimler Chrysler могут на оптимальных условиях привлечь инвестиции или продать долю в собственном бизнесе. Для этого существуют другие компании, известные в мире инвестиционные банки, инвестиционно-финансовые или консалтинговые компании. В этом же направлении развивается ситуация и в России, у нас появляются не только западные компании, которые умеют «причесывать» бизнес и привлекать инвестиции, но и российские, которые способны сделать это не менее эффективно, особенно в российских условиях.

Да, инвестиции идут в нашу экономику, но ведь существует и обратный процесс: еще в 2000 году Лукойл инвестировал в сеть автозаправок в США, с тех пор многие российские компании приобрели себе бизнес за рубежом, вот совсем недавно Абрамович купил футбольный клуб в Англии. Является ли это единой тенденцией или это только отдельные случаи и будут ли в перспективе активно инвестировать в Россию?

В текущей ситуации, мне кажется, неправильно говорить об оттоке капитала из России. Скорее, наоборот, капитал, вывезенный в 90-х годах, стал возвращаться, и все мы знаем, что большая часть инвестиций приходит сейчас в Россию с Кипра или с оффшорных голландских или британских территорий – это, преимущественно, российский капитал. Если же говорить о покупке Романом Абрамовичем футбольного клуба Chelsea, то, на мой взгляд, она не является бизнес-инвестицией, это скорее можно отнести к разряду дорогих покупок того же плана, как если бы Абрамович купил самую последнюю модель Maybach или самолет для частного пользования. Кроме того, я бы не делал такого противопоставления: инвестиции идут в Россию или из России. Одним из основополагающих свойств инвестиционного капитала является его интернациональность. Инвестиционные возможности не могут быть ограничены территориальными рамками одной страны. Я считаю, что процесс перетока капитала свойственен любой открытой экономике. Деньги могут как приходить в экономику извне, так и выходить из нее. Это нормальный процесс, когда Лукойл выстраивает свой вертикально интегрированный бизнес и покупает заправки в США, получая тем самым доступ к конечным потребителям, или когда Газпром покупает венгерскую компанию Borsodchem, через которую продает свой газ в Европу. Это вполне нормальное и естественное развитие экономической ситуации. На основе подобных же соображений, французская фирма L’Oreal, желая продавать косметику в Россию, задумывается о том, чтобы построить в России предприятие, строит его и выпускает свою продукцию здесь, ближе к потребителю, одновременно снижая себестоимость производства. Не думаю, что стоит опасаться этих процессов и не надо противопоставлять направления движения денежных потоков - туда или обратно – потому что любые предприниматели, российские или зарубежные, думают о том, что деньги должны давать максимальную отдачу при приемлемом риске. Пытаться удержать инвестиционный капитал на территории какой-то одной страны бессмысленно и вредно. Инвесторы не думают, где эти деньги будут работать: в России, во Франции или в США. Просто на каждый инвестированный доллар предприниматель желает получить максимум дохода, и он рассматривает все возможности, которые ему сейчас предоставляются в России и за рубежом, и вкладывает в те проекты, которые, на его взгляд, при сопоставимом уровне риска дают максимальную отдачу.

Из чего же складывается понятие уровня риска у инвестора? Можно ли вычленить его составляющие с тем, чтобы попытаться управлять ими?

Понятие уровня риска включает в себя несколько составляющих: это и суверенный риск, связанный с особенностями политического и экономического развития страны; и риск отраслевой, связанный с развитием, падением или подъемом той или иной отрасли; это риск региональный, связанный с тем или иным регионом страны; это микроэкономический риск, связанный с конкретным предприятием. Все эти риски учитываются при принятии инвестиционного решения и анализируются в сравнении с целым рядом альтернативных инвестиционных возможностей.

Насколько важна инновационная активность предприятия с точки зрения его инвестиционной привлекательности?

Если вспомнить теоретический университетский курс маркетинга, то любой товар или услуга имеет жизненный цикл: сначала интерес к товару или услуге находится на подъеме, затем все активно пользуются этим товаром и этой услугой и, в конце концов, товар или услуга все меньше и меньше становятся востребованными. В зависимости от того, осуществляет ли предприятие инновационную деятельность, инвесторы могут сделать вывод, будет ли у этого предприятия продукция, спрос на которую только возникает или возникнет в будущем. Если такие товары или услуги будут, то это предприятие может в дальнейшем генерировать достаточно большие денежные потоки. В этом случае стоимость предприятия будет более высокой. Инвестор, вложивший сегодня деньги в это предприятие, сможет получать доход либо в форме дивидендов, либо выгодно продать эти акции на более позднем этапе другому инвестору. Если же мы говорим о морально устаревшем или устаревающем продукте или услуге, то, скорее всего, в дальнейшем и денежные потоки, которые генерирует этот продукт или эта услуга, будут снижаться. Значит, и стоимость бизнеса будет падать. Вложив деньги в такое предприятие сегодня, завтра инвестор обнаружит, что стоимость этой компании уже значительно ниже. Таким образом, инновационная деятельность в значительной степени влияет на изменение стоимости предприятия, а значит, и на интерес к нему со стороны инвесторов.

Какие перспективы развития бизнеса венчурного инвестирования Вы видите в России?

В моем понимании бизнес венчурного инвестирования – это сравнительно небольшие по размеру прямые инвестиции в относительно рискованные проекты, находящиеся на ранней стадии развития. Мы говорили о том, что в России есть команды менеджеров, способных генерировать очень хорошие идеи, может быть, они располагают какими-то лабораторными разработками в определенной сфере. Для того чтобы протестировать эту идею, запустить этот проект в коммерческую эксплуатацию, как раз и требуется венчурный капитал, который может из миллиона проектов выбрать десяток действительно золотых крупиц, которые, развившись, смогут дать очень хороший продукт и очень хорошую услугу. Вложение в такой проект/компанию может привести к увеличению инвестированных средств в несколько раз. С одной стороны, значительная часть венчурных проектов очень рискованная, она не даст ожидаемой отдачи, и деньги просто будут потеряны, с другой стороны, успешные проекты позволят в итоге окупить весь инвестиционный процесс и принести весьма ощутимую прибыль. В настоящее время российская экономика располагает множеством инвестиционных возможностей, которые не могут не заинтересовать как российских, так и зарубежных инвесторов. Таким образом, я полагаю, что в ближайшие годы нас ждет бурный рост прямого, в том числе венчурного инвестирования.

 

[Up]

Send mail to webmaster@EastwayCapital.com with questions or comments about this web site.
Copyright © 2003 Eastway Capital